На информационном ресурсе применяются рекомендательные технологии (информационные технологии предоставления информации на основе сбора, систематизации и анализа сведений, относящихся к предпочтениям пользователей сети "Интернет", находящихся на территории Российской Федерации)

Свежие комментарии

  • Ольга Гулагина (Шавкунова)
    Не нужны!!Я считаю, что теп...
  • ольга
    Это мужчинам на западе свобода. Нужно помогать с внуками,родители, начинают болеть, через какое-то время и сам уже по...Потрясающая цитат...
  • Лариса Воронина
    Все абсолютно правильно....Огромное спасибо!Потрясающая цитат...

Ледяная улыбка Моны Лизы

Снежная пустыня - от горизонта до горизонта. Безжизненные чёрные оплавленные скалы кое-где протыкают ее мёртвый панцирь, словно чудовищные наросты на теле невообразимого ящера, стиснутого вечной мерзлотой. Посреди этого, завораживающего своей лаконичностью пейзажа, торчит нечто чужеродное - это антенна подземного убежища.

Где-то в его остывающем чреве замерзает маленький, отрешенный от всего, в том числе от своей муки, человечек. Его зовут Роберт Юргенс, он - бывший радиоастроном. Так уж получается, что сейчас всё - бывшее: бывшая цветущей планета, бывшие кем-то люди, бывшие чьими-то мечты, бывшие не смертоносными снег, воздух, небо...

Маленький радиоастроном Роберт Юргенс видит свой последний сон перед тем, как его мозг замерзнет и отключится, словно старый компьютер. Говорят, что погибающий от холода человек видит яркие и реалистичные образы и на смерзающихся устах этих несчастных всегда застывает улыбка Моны Лизы. Роберт знает об этом, но сон-воспоминание о последних днях планеты, которую он погубил, заставляет его забыть об этом медицинском факте.

Роберт вспоминает и видит, как он изумленно глядит на принятый им странный сигнал, как лихорадочно перепроверяет данные и высчитывает координаты источника этой странной передачи. А вот он уже строчит сообщение своим коллегам, чтобы и они могли взглянуть на полученные из созвездия Большого Пса данные и перепроверить их. Роберт думает, что если бы он тогда просто скрыл эту информацию, то ничего бы не случилось и гулкая тоска темным эшелоном проносится через остатки его сознания.

Теперь Роберт видит, как он сам и его многочисленные коллеги и просто астрономы-любители пытаются вновь поймать этот сигнал, а сотни криптологов ищут ключ к принятой информации. Все эти люди полны энтузиазма, и в еще не радиоактивном воздухе витает ощущение близкого прорыва к давней мечте человечества. Наступает третье сентября 2018 года и сначала из китайского научного центра, а затем со всех лабораторий мира начинают поступать дублирующие друг друга сенсационные сообщения: послание с Сириуса расшифровано. Роберт хорошо помнит его текст. "Послание землянам от цивилизации Сириуса. В 2025 году по вашему летоисчислению на Землю прибудет мирная экспедиция из системы Сириуса с целью установления контакта. В составе экспедиции находится Первый - глава нашей цивилизации. Просим подготовиться к встрече и выбрать среди землян Первого - лицо, которое будет общаться с нашим главой и принимать решения от имени вашей цивилизации. Конец послания."

Роберт вспоминает, какая буря эмоций захлестнула тогда все страны и континенты, и улыбка Моны Лизы на его губах ползет вверх. Люди забывают свои дела и бросаются вспоминать, что же они чувствовали, когда прочитали свою первую книгу или посмотрели свой первый фильм о контакте с инопланетным разумом. Даже биржевые брокеры и менеджеры по продажам из салонов бытовой техники заходят в Интернет и набирают в поиске фразу "контакт с инопланетянами", чтобы узнать, что делать в такой ситуации.

Теперь Роберт будто бы видит, как его начинают приглашать на различные телешоу, где задают ужасно глупые вопросы и услышав вместо ужасно глупых ответов попытки Роберта рассуждать в научном ключе, теряют к нему всякий интерес. Интерес к Роберту со стороны прессы вспыхивает через год, когда в обществе и среди политического истеблишмента начинают кипеть нешуточные страсти относительно сути злополучного послания. Почему-то журналисты считают своим долгом спросить у маленького занудного радиоастронома, каким ему видится механизм избрания этого, так называемого, "Первого" и стоит ли вообще его избирать. От этих воспоминаний Роберт морщится, лежа на покрывающемся инеем полу убежища, и на мгновение ощущает истинный холод той космической бездны из которой он принял распроклятый сигнал, но умирающий мозг быстро блокирует это нежелательное ощущение и Роберт вновь погружается в свои сны.

Но, пробравший Роберта холод, не случайно врывается в его мозг. Теперь в его воспоминаниях уже явственно слышатся тревога и страх, словно трубят ожившие фарфоровые ангелы с коровьими глазами, которых он хорошо помнит стоящими в серванте, когда живет подростком у бабушки в Небраске. Дело в том, что люди не только не приближаются в своих дискуссиях к решению вопроса о том, как им выбрать этого "Первого", но с каждым днем количество предложений и требований на этот счет множится и они становятся всё более ультимативными и жесткими. Роберт вспоминает, как в первый раз, еще вроде бы в шутку, он слышит от бывшего Президента США слова в адрес русских, которые предложили провести всемирный Референдум чтобы определить метод для избрания "Первого". "Мы заставим очень дорого заплатить тех, кто решит, что они больше сведущи в демократии, чем мы", - шутит бывший Президент США.

В памяти Роберта еще раз возникает образ его бывшего Президента когда тот, словно побитая собака, оправдывается перед Конгрессом, а бывшие конгрессмены требуют, чтобы он не лез в работу специальной комиссии, созданной по вопросу выборов "Первого". Что кризиса не миновать Роберт понимает, когда бывший Президент создает свою собственную комиссию по тому же самому вопросу - выборам "Первого".

Спокойнее всего Роберту, когда по уже холодному разуму проплывают слова его пророческой речи на Генеральной Ассамблее ООН, экстренно созванной из-за геополитического кризиса. Маленький радиоастроном едва виден из-за высокой трибуны, но его голос гремит, будто голос Вселенной: "Цивилизация, разделенная на множество народов, стран, кланов, корпораций, не способна избрать представителя, который устроит всех. Кого бы мы не выбрали, он будет неугоден большинству и большинству не просто обывателей, а влиятельных политиков и финансистов, которые не будут жаловаться в газеты или на телевидение, а предпримут самые решительные шаги к исправлению неверного, по их мнению, решения. В результате мы получим войну всех против всех. И, откровенно говоря, мы уже вступили в эту войну и теперь должны думать только об одном - как из нее выйти. Если мы не прекратим биться головой о стену с выборами этого "Первого", что само по себе может быть какой-то ошибкой, и не займемся обеспечением мира, то очень скоро говорить с посланцами Сириуса будет некому физически..."

Роберт знает, что его речь хоть и взбудораживает ассамблею, но не останавливает лавину противостояния держав и закулисных воротил. Развязка близка.

Первой жахнет Северная Корея. Почему-то по Японии. Остолбеневшие японцы мужественно выдержат этот удар ядерной дубиной, но вездесущие американцы решат, что это - шанс проявить себя наилучшим образом и ударят по северным корейцам. Два дня Твиттер и Фейсбук будут багроветь снимками растворяющихся в пламени "Томагавков" щуплых, недокормленных корейских коммунистов, а потом случится невообразимое - обезумевшая от ярости многотысячная толпа корейцев южных вместе со взбунтовавшейся армией своей страны сметет, словно сель, все военные базы американцев на своей территории. В бешенство их приведет - в равной степени - иррациональное чувство родовой памяти о северных соплеменниках и твит бывшего Президента США с его фото на фоне "ядерного гриба" и подписью: "Первый!".

Роберт не знает: то ли у него этот провал в памяти случился давно, то ли сейчас, когда его сердце остановилось и мозг остывает уже просто по законам физики. Как он оказался в этом убежище? Он помнит, как его кто-то приводит сюда, но не помнит кто и зачем. Он помнит, как его просят послать сигнал бедствия этой ненавистной экспедиции с Сириуса. Роберту кажется, что он сидит за компьютером и управляет передающей антенной подземного убежища. Он набирает текст: "Помогите! Тотальная ядерная война. Цивилизация уничтожена. Экология уничтожена. Температура воздуха на планете значительно ниже температуры таяния льда. Будьте вы прокляты со своими выборами и с вашим Первым!". Ему кажется, что он улыбается, как та женщина на картине; обидно забыть её имя.

 

Сейчас 2020 год по ничейному летоисчислению. На полпути между Сириусом и Землёй, в равнодушном ко всему на свете вакууме, несется отчаянный крик радиоволн. Ему лететь еще четыре длинных световых года. Жаль одно, когда он достигнет Земли, то некому будет принять новое послание с большой белой звезды, в котором сказано: "Уважаемые жители Земли! Управляющий Совет обитаемой планеты в системе, известной вам как Сириус, приносит вашей цивилизации глубочайшие извинения за ошибочно переданное "послание", которое было частью детской учебной программы по радиоастрономии. Мы никогда не идем на контакт с цивилизациями, не достигшими единых управленческих стандартов и поделённых на несколько конкурирующих общественных субъектов, поскольку это может вызвать кризис управления на таких планетах. Еще раз искренне извиняемся и никогда больше вас не побеспокоим. Прощайте."

В вечном ледяном мраке подземного убежища на полу лежит маленькое смерзшееся тельце радиоастронома Роберта Юргенса. Его рот загадочно перекошен в какой-то неузнаваемой ледяной гримасе.

Крок Макс

источник

Картина дня

наверх